Macabre

лучшие эпизоды у пирожков макабры

лучший пост у мошки картошки

the marauders: danse macabre

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » the marauders: danse macabre » demonic polka » marauders: epitaphium


marauders: epitaphium

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://forumupload.ru/uploads/0013/26/8a/4/487030.png
1970–1981 год, Первая Магическая Война ✦ NC-17 ✦ фэнтези, детектив, триллер, ужасы


СЮЖЕТЗАЯВКИ ОТ ИГРОКОВАКЦИИ

0

2

[indent]АКЦИЯ: КАНОНЫ ОРДЕНА ФЕНИКСА
Горстка героических волшебников, спасших мир от зла — какими они были? Что хотели успеть за свои жизни, многие из которых были прерваны слишком рано?
И что будут помнить о них потомки, если будут вовсе?

https://forumupload.ru/uploads/001c/11/b5/10/878990.png https://forumupload.ru/uploads/001c/11/b5/10/744229.png https://forumupload.ru/uploads/001c/11/b5/10/407348.png

«Эпитафия» объявляет упрощенный прием персонажей, канонично состоявших в Ордене Феникса. Проверьте, может, ваши любимые герои еще свободны и готовы к новым страданиям?

0

3

[indent]ГРИНГРАСС ИЩЕТ БЫВШУЮ, А МАГИЧЕСКАЯ БРИТАНИЯ – БУДУЩЕГО МИНИСТРА

[indent]MILLICENT BAGNOLD
(nee WARRINGTON)

https://forumupload.ru/uploads/001c/11/b5/43/732704.jpghttps://forumupload.ru/uploads/001c/11/b5/43/779979.gifhttps://forumupload.ru/uploads/001c/11/b5/43/447947.jpg
МИЛЛИСЕНТ БЭГНОЛЬД (ур. УОРРИНГТОН)
первая любовь, дружелюбная бывшая, подруга ✦ 1930 г. ✦ из семьи волшебников ✦ Рейвенкло'48 ✦ сотрудница Министерства магии, Министр магии 1980-1990
michelle dockery

[indent]✦ ИНФОРМАЦИЯ ✦

Если бы ты была мужчиной, о тебе бы все говорили, что у тебя есть характер, но ты женщина и потому все говорят, что ты сука.

Амбициозная, решительная, собранная, педантичная и абсолютно уверенная в себе Миллисент Бэгнольд родилась в графстве Кент (Англия) в семье мелких аристократов Уоррингтонов.

Мамина радость, папина гордость. Мили была первенцем, на котором лежала ответственная задача быть идеалом, эталоном, образцом для подражания в семье, где помимо неё родилось также двое несносных мальчишек и ещё одна девочка, имевшая проблемы со здоровьем впоследствии. И с задачей этой девочка достойно справлялась, как ни странно, поскольку все возложенные на неё обязательства были не в тягость, а в интерес, чувство общности и четкое понимание, что зла ей не желают в этой семье.

И потому жизнь Миллисент всегда была четкой и упорядоченной: безоблачное детство, домашнее обучение, приобретение первых знакомств в детских комнатах на приемах, поступление на Рейвенкло, получение значка старосты, заключение брака с ирландским аристократом, стажировка в Министерстве магии, рождение двоих детей, возвращение на работу и дальнейшее продвижение по карьерной лестнице. Да, ей было тяжело, но становилось ли это поводом для того, чтобы опустить руки? Черта с два.

В недалеком будущем Миллисент станет 31-ым Министром магии Великобритании, и, что интересно, продержится на этой должности целых десять лет – с 1980 по 1990 год. При ней состоится падение Темного лорда и завершение Первой магической войны, она будет разбираться с последствиями военных действий и она же вернет гражданам их неотъемлемое право на праздник.

СЮЖЕТ:
Миллисент Бэгнольд – сюжетно-важный персонаж, а потому, думаю, что помимо личных сюжетов вам 100% найдется что сыграть. Наш Том передает, что любит интеллектуальные поединки; особенно, если противник приходит на битву вооруженным.

ОТНОШЕНИЯ:

выдержка из моей квенты о юности

Пока, уже на 5 курсе, Билл утопал в прелестях студенческой жизни и первом романтическом опыте. Деву звали Миллисент Уоррингтон, она была чистокровна и диво как хороша собой: аккуратные темные кудри, черные глаза-угольки, гордо вздёрнутый носик, капризный рот и точеная фигурка – душечка. Язвительна была невероятно, отшивала пару месяцев и даже умудрилась стукнуть метлой в солнечное сплетение. Потом, конечно, извинялась и лечила, причитая, что она не хотела причинить боль, а Билл изображал из себя жертву, чтобы она его подольше трогала. Словом, парочка была ещё та.

О будущем они не говорили, предпочитая наслаждаться друг другом. Хотя к зиме 1946 года Уильям созрел для разговора с дедом относительно возможности брака, но вот ведь незадача: оказалось, что Чарльз уже договорился о помолвке внука с девицей из семейства Олливандер, а милочка Уоррингтон была обещана другому, о чем сказать не удосужилась, когда они прощались. Вернувшись с каникул, ошарашенный этим всем Гринграсс поспешил вызвать девушку на разговор, на что получил лишь: «Ну, а чего ты хотел?». В сердцах ответив, что хотел «жену, а не шлюху», он ушел. Потом извинялся, конечно, но это ничего не изменило.

Пытаясь справиться со своими чувствами, Билл погрузился в более безопасную для него среду. То есть в штудирование учебников, спортивные тренировки, дополнительные занятия по зельям и гербологии. С куда большим энтузиазмом ходил на вечеринки к Горацию Слагхорну, зажигал на факультетских вечеринках и вообще всеми силами пытался показать, что нисколько не опечален разрывом с Уоррингтон. Та же в свою очередь ходила под ручку со своим слизеринцем и не обращала на него внимание. Будто он пустое место.

Однажды, на небольшой пьянке с товарищами по команде Билл несколько перебрал и уже в башне факультета, куда его довели товарищи, требовал, чтобы девчонки выдали ему Миллисент. Но вместо Уоррингтон вышла Абелия Олливандер, осмотрела критически жениха, урезонила и повела в комнату парней 6 курса, чтобы помочь протрезвиться и уложить спать.

Из выдержки можно понять, что оба были теми ещё фруктами в юности, однако уже во взрослой жизни они в какой-то момент разговорились, потом стали друг другу писать, иногда виделись. Старые обиды забылись, они сумели стать друзьями, знавшими друг друга наизусть и умеющими дать друг другу дельный совет. В переписке говорили в основном о делах, о своих браках, о детях, о своих опасениях относительно ситуации в стране, о последних прочитанных книгах и прочей чепухе.

Супруги их, конечно же, ревновали, памятуя, что между Биллом и Милли было в школьные года, а потому всё делалось осторожно. Впрочем, это не помешало в своё время ныне покойной жене Гринграсса устроить ему премерзкую сцену, от которой проиграли они оба. Бэгнольд же на дух не переносил бывшего его жены, но как-то примирился с их дружбой, а потому заслужил отношение, где его стараются избегать и ничем не показывать, что злополучный валлиец был у них дома.

В общем и целом, это хорошенький, крепенький джен с толикой флирта и романтической подоплекой в далеком прошлом.

отрывок из недавнего поста с Милли

Недели до научной конференции в Риме выдаются довольно богатыми на события и подготовительные визиты: научный руководитель, коллеги по цеху, издатель, несколько рецензентов, сварливая Лобелия Гринграсс, несколько визитов в джентльменский клуб и, наконец, выход из зеленого пламени камина в гостиной несравненной Миллисент Бэгнольд.

– Не боишься, что скорее состаришься, если будешь так хмуриться? – первое, что произносит Уильям, с самым благодушно-насмешливым видом оглядывая первую любовь, давно уж превратившуюся в старую подругу, способную без осуждения выслушать и поддержать любое его решение.

Та отвлекается от сложенного перед нею расчерченного свитка, поправляет очки на цепочке и критически оглядывает гостя: идеально начищен, идеально наглажен, идеально причесан и совершенно потерян. Мили умеет угадывать, что с ним происходит по одному лишь выражению глаз, – в этом проклятье их отношений. Благословение состоит в том, что Гринграсс сам её читает довольно неплохо, а потому может парировать все колкости, вырывающиеся из капризного ротика, который он так любил целовать лет тридцать с лишним тому назад.

– Что случилось, Билл? Ты обычно не врываешься без предупреждения, – Миллисент достает печатку, смачивает её в чернилах и, практически не глядя, ставит в нужное место. Жест спокойный, филигранный, явно отточенный годами практики. Иногда он только диву дается, как давнишняя подруга сумела так гармонично вплестись в британскую бюрократию, ничуть об этом не жалея и не крича, как ей это всё надоело. Сам он обычно предпочитает побыстрее разделаться с бумагами и заняться чем-то более приятным, с практикой, не с теорией, связанным.

– Милли, детка, только не говори, что не рада меня видеть, – Уильям берет стул для посетителей, спинкой к себе разворачивает и садится на него верхом, голову примостив на спинке и глядя на Бэгнольд с ироничным прищуром.

– Нет, почему? Я рада, но что-то не припомню, чтобы ты являлся без предупреждения. Особенно третий раз за последние две недели, – женщина откладывает подписанный документ в сторону, какое-то время на него смотрит изучающим взглядом и призывает с небольшого журнального столика поднос, на котором стоят графин с двенадцатилетним огневиски и двумя бокалами. – Простая математика. Ещё немного и я подумаю, что ты решил приударить за замужней женщиной, что негоже мужчине твоего возраста и статуса.

«А вот и шипы».
Миллисент в своем жабо напоминает изящную кроваво-красную розу из сада Лобелии.
А у роз есть шипы.

– Ну, что ты. Я умею проигрывать с достоинством, особенно Бэгнольду, – он принимает налитый ему бокал и делает уверенный глоток, прямым взглядом опаляя подругу и заставляя потеряться на несколько секунд. Сколько бы лет не прошло, а она всё реагирует на подобного рода приемы самым очаровательным образом.

– Так в чём дело, Билл? Твои попытки очаровать меня утомляют, – а вот и ожидаемая колкость.

«Потрясающе».
Билл усмехается.
Маленький ритуал их исполнен.

– Можно я сегодня заночую у тебя? Не хочу оставаться дома на ночь, – как бы мимоходом произносит он, после чего возвращает внимание огневиски.

– Детишки слишком уж активно делают своих детишек? – иронично фырчит Милли, расслабленной большой кошкой откидываясь на кожаное кресло и наблюдая за тем, как Билл давится угощением.

Рот прикрывает, кашляет, ощетинивается.
И выдыхает, принимая самый благодушный вид из всех тех фальшивых, которым сподобился выучиться за годы пребывания в высшем обществе.

– Да, пожалуй, да, – врать смысла не имеет, Милли видит его насквозь и знает, как облупленного.

– Не понимаю, почему это тебя задевает.

– А меня это не задевает, – подчеркнуто беспечно отзывается Уильям. – Только радует.

– Ну, как знаешь, Гринграсс, могли бы и обсудить, – Бэгнольд умеет вывернуть в свою пользу любое дело.

«Истинный политик», – с нежностью и восхищением думает Уильям, пока подруга вновь наполняет их бокалы.

Долгие разговоры за графином виски расслабляют его, восстанавливают, дают возможность побыть в пространстве безопасном и до оскомины привычном. С Миллисент иногда даже говорить не нужно, ведь их связь давно телепатическая, норовящая перерасти в телекинез, и потому он не удивляется, когда утром обнаруживает себя с больной головой на кожаном диванчике с больной головой и ощущением, будто по нему прошелся небольшой табун лошадей. И домой возвращается тот час же, дабы не напороться на бывшего соперника, а ныне почтенного мужа его первой любви.

Им незачем лишние проблемы с ревнивыми мужьями.
Им обоим.

✦ ОТ ИГРОКА ✦

Играю активно, вкусно и вдохновенно, за строчки и сроки не деру – сам трудоголик, пишущий при наличии времени и вдохновения.

Внешность при желании можно сменить. Например, на Натали Портман или Хейли Этвелл. Но помните, что канонично Миллисент темноволоса, а по моей квенте ещё и темноглаза.
И обязательно присмотритесь к Мишель Докери. Она ведь богиня)

0

4

https://forumupload.ru/uploads/001c/11/b5/10/754304.png
ЭПИТАФИЯ. У НАС ТРАУРНО.

ВЗЯТЬ РАБАСТАНА

ВЗЯТЬ МЭРИ

0


Вы здесь » the marauders: danse macabre » demonic polka » marauders: epitaphium


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно